Острое горе: как пережить смерть близкого человека

Острое горе: как пережить смерть близкого человека

Острое горе: как пережить смерть близкого человека
СОДЕРЖАНИЕ
0

Как понять, что близкому человеку нужна помощь

При развитии патологической реакции на горе важно, чтобы люди получали профессиональную поддержку. В таких состояниях человек становится отстраненным, раздражительным, безразличным, теряет интерес к тому, что для него было важно. Если это продолжается в течение нескольких месяцев, имеет смысл обратиться за помощью.

Мы все горюем по-разному, и нам нужна разная поддержка. Кому-то нужно, чтобы его обняли, кто-то хочет побыть в одиночестве. Большинство разводов в семьях, которые прошли через потери, связаны с тем, что люди просто не знали, как друг друга поддержать.

Наша работа заключается в том, чтобы научить правильной поддержке. Терапия горя и потери — это отдельная область психотерапии. В нашей клинике есть врачи, которые специализируются на работе с такими пациентами. Здесь много нюансов, связанных с безопасностью пациентов, чтобы они не пережили повторную травматизацию, вспоминая случившееся.

Потеря близкого человека зачастую лишает людей смысла жизни, целей, жизненных ориентиров. Задача психотерапии в том, чтобы человек, пережив травмирующие события, смог жить дальше полноценной жизнью, наполненной смыслом и радостью. Если семья теряет близкого, приходится менять структуру семьи, иногда и образ жизни.

Иногда мы горюем, потому что должны горевать ради человека, который умер. Потому что будет странно, если мы продолжаем счастливо жить, когда не стало дорогого и любимого человека. Однако наши близкие, умирая, точно хотели бы, чтобы мы продолжали жить и радовались жизни. Поэтому то, что мы возвращаемся к жизни, пережив горе, и идем дальше, — это наше посвящение человеку, который умер.

Многие люди боятся забыть умершего: они часто ездят на кладбище, возвращаются мыслями к ушедшему человеку, хранят дома все его вещи из страха, что в памяти не останется его черт, голоса, того, что с ним связано. Память — это то, что навсегда остается в нашем сердце.

Для человека, потерявшего близкого

Понимая горе и боль потери, сложно представить «как надо». Но можно порекомендовать «как стоит постараться». Эти старания и усилия быстрее залечат раны.

  • Не теряйте любовь к себе. Не игнорируйте себя и свои потребности. Умывайтесь, приводите себя в порядок, кушайте. Иногда потеря веса – это плюс, стремление. Но в такой ситуации потеря веса может превратиться в истощение. А это уже не так интересно;
  • Если у Вас острое чувство недосказанности чего-то, вины или чувство предательства умершего – напишите ему письмо. Выплеснуть накопившееся на бумаге гораздо легче, чем копить в себе и наращивать как снежный ком;
  • Плакать можно. Слезы – это не стыдно даже для мужчин. Давно доказано, что люди, которые умеют плакать, здоровее и живут дольше;
  • Важно уметь отвлекаться. Да, ничего важнее Вашего горя нет, но ведь как бы ни было, жизнь идет вперед;
  • Помощь психолога нужна. Главное понять и принять это. Редко кто в состоянии скорби адекватно оценивает свое состояние. Но если Вы понимаете, что Ваша депрессия не заканчивается, а боль не становится меньше – обратитесь к психологу. Он поможет вам пережить Вашу боль;
  • Иногда разговор со священником накладывает свой отпечаток. Но он имеет смысл только тогда, когда человек верит. Слова священника воспринимаются как правила, которых необходимо придерживаться;
  • Дайте себе время. Ведь боль не погаснет как спичка. Не ставьте себе рамок. Иначе Ваш организм просто сломается. Эмоциональные срыва, депрессия могут наступить и после.

Пятая стадия – принятие.

Поначалу кажется, что такое невозможно, но постепенно все налаживается, вновь появляется смысл и ценность жизни. Происходит эмоциональное принятие потери. Нет, умерший не забыт. Воспоминания о нем по-прежнему живы в сердце. Но мысли уже не доставляют страдание, а сопровождаются тихой грустью и печалью.

Татьяна, 39 лет, потеряла отца 11 лет назад: «Когда у меня умер папа в довольно молодом возрасте (53 года ему было), боль, слезы, страдание, ощущение беспомощности охватили меня. Боль разъедала изнутри. Папа умер от тяжелой, неизлечимой болезни. Когда он был еще жив, я чаще стала обращаться к Богу — в мыслях, молитвах. Посещала церкви и монастыри. Просила о здравии. Но даже несмотря на то, что мой папа умер, и ни лечение, ни молитвы не помогли, я не перестала верить в Бога. Именно вера помогает мне и успокаивает мое сердце. Молюсь, верю и надеюсь на лучшее».

Пережив утрату, меняешься очень сильно. Многие вещи, которые раньше казались принципиальными, теперь видятся совсем неважными. Начинаешь ценить жизнь, внимательнее относиться к тем, кто рядом. Становишься мягче и терпимее. Открываешь для себя истинные ценности духовной жизни.

«Если кто с благодарением и мужественно перенес утрату любимого, то назовут его любомудренным и великодушным, и будет прощено ему много прежних грехов» прп. Нил Синайский.

Физическое состояние скорбящего

Проведены тщательные медицинские исследования процессов, которые происходят в организме в момент переживания горечи утраты. Перестраивается не только психика, но и нервная система.

Физиологические изменения и симптомы, которые ощущает человек, потерявший близкого:

  • затрудненное дыхание;
  • чувство сдавления в области грудины;
  • пустота в брюшной полости;
  • физическая слабость;
  • жажда, сухость во рту;
  • спазмированное горло;
  • замедленность реакций;
  • нарушение речевого навыка;
  • спутанность сознания;
  • раздражительность;
  • расстройство сна;
  • эмоциональное опустошение;
  • головные боли;
  • снижение концентрации;
  • тревожность.

Нервное потрясение и шок вызывают адаптацию организма, включают в нем защитные организмы. Если вас чрезмерно беспокоит какой-то сигнал, не стесняйтесь обратиться за медицинской помощью. Старайтесь не садиться за руль в первое время и не работать на приборах, оборудовании, требующих повышенной концентрации.

Нарратив избегания горя и странные реплики

В первые дни после трагедии мне довелось услышать невообразимые вещи о горе, о моем умении справляться с ним и о самом Мэтте.Мне говорили, что я недостаточно правильная феминистка, если так расстраиваюсь из-за «потери мужчины». Утверждали, что мое личное и духовное развитие, видимо, было на низком уровне, раз я не способна воспринять эту ситуацию как дар.

Еще мне сообщали, что Мэтт никогда меня не любил, что ему лучше теперь, когда он отделен от своего тела, и что он пришел бы в ужас, если бы увидел меня в таком состоянии. Что мы с Мэттом сами создали эту ситуацию, намеренно. Что у нас был договор, пока мы живы, а раз он был, теперь нет никаких причин так расстраиваться.

При этом мне внушали и вроде бы очень хорошие идеи: что я сильная, умная и красивая, что я без всяких проблем найду себе кого-нибудь другого.

Что с течением времени смогу посмотреть на свою утрату как на дар, что я должна подумать обо всех тех людях, которым теперь сумею помочь. Что если я перестану так страдать, то почувствую наконец окружающую меня любовь (но только если перестану так страдать).

Стадии горя после тяжелой утраты

Иногда окружающим кажется, что человек после потери близкого постепенно сходит с ума. Это не так. На самом деле горевание имеет определенные стадии. Главное, чтобы человек не «застрял» в какой-то из них. Следует разобраться, что чувствуют люди в разные периоды.

Различают такие стадии горя:

1

Оцепенение. Первая реакция на потерю близкого – шок. Человек эмоционально застывает, он не способен осознать произошедшее. Внешне это может выглядеть как отрешенность или, наоборот, как суетливая активность. В обоих случаях реакция нормальна. Если человек постоянно плачет, это хорошо, ведь он может дать выход чувствам. Если кажется равнодушным и не способным на эмоции, стоит помочь: дать выговориться, расплакаться.

Предлагаем ознакомиться:  ≡ Как завоевать мужчину Льва? ᐈ Характер по знаку гороскопа

В православии выделяют срок 9 дней до поминок. Именно в течение такого срока длится шок у близких умершего. Важно быть рядом, поддерживать горюющего.

2

Но боль нельзя упорядочить. горе нельзя сделать аккуратным и предсказуемым.

Оно так же индивидуально, как и любовь: всякая жизнь, всякий путь уникальны. Нет никакой модели, никакого поступательного движения. Невзирая на убеждения многих «экспертов», нет никаких стадий переживания горя. Несмотря на убеждения широкой публики, никаких стадий переживания горя нет.

Правильность такого переживания измеряется исключительно личными ощущениями. Это означает, что надо прислушиваться к своей реальности. Признавать страдание, любовь и утрату. Позволить существовать истине этих фактов, не сковывая их никакими искусственными ограничениями, стадиями или требованиями.

Может быть, вы испытываете те чувства, о которых слышите от других переживающих горе людей, и это вам помогает. Но как можно сравнивать разные способы обходиться с утратой, словно пытаясь понять, который из них сработает? Это не принесет ни малейшей пользы.

Вторая стадия – гнев и обида.

Постоянно ищешь причины того, почему это случилось, представляешь, а что было если бы… Задаешь себе и окружающим вопросы: «Почему Бог допустил такое?» «Почему врачи не смогли спасти?» «За что мне такое несчастье?» Одновременно с этим появляется злость, гнев и обида на тех, кто, кажется, мог предотвратить страшное. Обвинения сыпятся на судьбу, на Бога, на врачей, друзей или коллег. Но такая реакция необходима. Так легче пережить горе.

Дарья, 39 лет, ее папа умер полтора месяца назад: «Сначала думала: врачи ошиблись, и еще возможна реанимация! Потом наступило отчаяние. Злость на медиков, что не все возможное сделали, не стали рисковать…»

Грусть, горе, боль — все эти слова означают: с вами что-то неладно.

Вы застряли в так называемых плохих эмоциях. Вы не преодолеваете стадии горя. Своей бесконечной скорбью вы мешаете собственному выздоровлению. Вы больны, и вам необходимо лечение.

Когда о горе говорят в более позитивном ключе, то всегда преследуют некую цель. В популярной психологии, книгах по самопомощи, фильмах, романах и духовной литературе удары судьбы превозносятся как путь личностного роста; преодоление таких испытаний становится важнейшей целью, а счастье — верным признаком хорошей жизни.

Ваше разбитое сердце оказывается абсолютно беспомощным перед этими догмами. Вы не можете просто чувствовать боль — она обязательно будет считаться патологией.

Часть странного отношения нашей культуры к горю исходит, казалось бы, из невинного источника — развлечений.

Все наши культурные истории — истории преображения. Истории искупления. Книги, художественные и документальные фильмы, детские сказки, даже те сказки, что мы рассказываем сами себе, — все они заканчиваются на позитивной ноте. Мы требуем счастливого финала.

Мы верим в волшебные сказки и в истории про золушек, где благодаря упорству и усилиям всё в результате складывается хорошо. Мы встречаем невзгоды с гордо поднятой головой. Мы не позволяем бедам ослабить нас, по крайней мере надолго.

Наши герои, реальные и вымышленные, — это образцы мужества перед лицом боли. Наоборот, злодеи, неприятные персонажи обычно отказываются побороть свою боль.

Для окружающих

От поддержки окружающих также зависит продолжительность возвращения к жизни. Сложность в том, что самые близкие люди, которые могли утешить и поддержать, тоже находятся в состоянии стресса.

Нередко скорбящий цепляется за воспоминания об умершем, чтобы не придать его. Логика вполне ясна: если перестану вспоминать – забуду, а значит предам. В такой ситуации окружающим не следует совершать некоторые ошибки:

  • Не переключайте внимание скорбящего на других. Нередко можно услышать: «соберись, у тебя дети, ты должна…». Это неправильно;
  • Скорбящему надо дать время для переживаний, эмоциональной разгрузки. Стремление сразу отвлечь его на другие дела – также ошибка
  • Еще одна ошибка – обесценивание события.

Эти радостные, искусственно присоединенные к грустным историям финалы начинают (очень медленно) выходить из моды.

Честно говоря, я думаю, что именно в этом заключается причина успеха книг о Гарри Поттере: они мрачные. Дж. К. Роулинг погружалась в самую глубину, не пытаясь сделать ее приторной, милой или сладкой. В конце книги счастливого разрешения всех проблем не произошло, хотя финал и не лишен красоты. Утрата, боль и горе существуют в нашем мире, и они никуда не исчезли. Герои несли их в себе.

Мир Роулинг близок всем нам потому, что мы нуждаемся в историях, похожих на нашу.

Истории могущественны. На протяжении всего существования человечества мифология, космогония и сказки давали нам образы, на которые мы ориентируемся и которым подражаем. Они помогали нам найти место для наших переживаний в огромной картине мира. И до сих пор помогают. Нам всё еще нужны истории.

В нашей медицинской модели мира горе, которое длится больше шести месяцев, считается «расстройством».

В число симптомов так называемого «осложненного» горя — требующего психологического вмешательства — входят тоска по умершему, чувство несправедливости и стойкое ощущение необратимости жизни (и другие формы так называемого «ощущения безнадежности»). В реальной жизни считается, что подобные симптомы должны исчезнуть намного раньше, нежели через шесть месяцев.

Многие психологи, священнослужители и психотерапевты уверены, что сильная реакция на утрату, длящаяся дольше двух недель, уже является неправильной. И эти верования врачей передаются населению, укрепляя представление о том, что вы должны вернуться в нормальное состояние как можно скорее.

Медикализация — и патологизация — здоровой, нормальной, естественной реакции на утрату смехотворна и вредна.

Новый героический эпос

Когда умер Мэтт, я искала истории людей, которые пережили подобную утрату. Тех, чья боль затмевала всё остальное. Такие рассказы мне были необходимы как пример для подражания. Но я находила лишь описания того, как преодолеть страдание, как «починить» свою жизнь, как преобразить горе как можно скорее. Вновь и вновь я читала о том, что если я так сильно расстроена, то со мной что-то неладно.

И я встречала это не только в книгах. Окружающие — друзья, знакомые, психотерапевты — все хотели, чтобы я была в порядке. Им было необходимо, чтобы я была в порядке, ибо такое страдание, как мое, как ваше, невероятно тяжело наблюдать. Наши истории очень тяжело слушать.

Здесь не было их вины. Почти не было. Они просто не умели слушать.

Говорили буквально что угодно, чтобы избавить меня от боли и печали и направить мою жизнь в более приемлемое русло.

Но все эти высказывания блекнут перед историями, которыми со мной поделились пережившие утрату люди со всего мира.

Например: вы сами спровоцировали рак своего ребенка нерешенными личными проблемами. У вас есть еще два ребенка, вы должны быть за это благодарны. Если она умерла, значит, такова уж судьба. Здесь промысел Господа. Тебе правда пора всё забыть и двигаться дальше.

Он был не таким уж и хорошим человеком. По-настоящему просветленный человек не привязывается так сильно к другим людям. Ты явно со- зависим. Ты сам навлек на себя беду своими мыслями. Это было тебе необходимо, чтобы научиться чему-то. Нужды нет, что ты парализован горем. Некоторым вообще не удается разобраться в себе, а тебе выпал такой шанс.

Предлагаем ознакомиться:  Мужчина и женщина: дружба или ловушка?

Люди, переживающие утрату, регулярно сталкиваются с осуждением, критикой и пренебрежительным отношением к их чувствам.

Конечно, большинство утешителей руководствуются «благими намерениями», но разница между этими намерениями и реальными последствиями их слов огромна.

Дело в том, что зачастую тяжелое переживание утраты воспринимается как состояние, из которого надо выбраться как можно скорее. Как будто боль — это некий неожиданный, диковинный и неправильный ответ на исчезновение из вашей жизни любимого человека.

Есть лишь крохотный интервал, когда человеку дозволено выражать горе. А потом, пройдя эту острую фазу, вы должны вернуться к обычной жизни, неся с собой те дары, что почерпнули из ценного опыта. Предполагается, что вы станете мудрее, сострадательнее и наконец поймете, что по-настоящему важно.

Неудивительно, что столько страдающих от утраты людей отказывается от профессиональной помощи: ведь эта модель им совершенно чужда.

Кюблер-Росс выделила пресловутые пять стадий на основании своих наблюдений и разговоров с неизлечимо больными людьми. Ее работа начиналась как попытка понять чувства умирающих, но стала восприниматься как стратегия переживания горя. Считается, что столкнувшийся с трагической ситуацией человек должен пройти ряд четко разграниченных состояний — отрицание, гнев, торг и депрессию — и постепенно перейти в стадию «принятия», в каковой момент его «работа над горем» должна завершиться.

Эта распространенная интерпретация модели доктора Кюблер-Росс предполагает, что есть правильный и неправильный способы горевать, что есть упорядоченная и предсказуемая схема, которой следует каждый.

Люди, испытывающие горе, сталкиваются с нетерпением окружающих именно потому, что не выполняют программу по преодолению невзгод, которую диктует наша культура.

Если вы не «преображаетесь», если не находите красоты в своем страдании, вы неудачник. А если вы не успеете выполнить этот нарративный переход от трагедии к преображению, пока мы не отвлеклись на что-то новое, — значит, вы живете неправильно.

В реальной жизни и рассказываемых нами историях действует подписка о неразглашении правды. В нашей культуре люди не хотят слышать о чем-либо, что не может быть исправлено. В нашей культуре царит нежелание знать о той боли, что не будет вознаграждена.

Если мы действительно хотим помочь страдающему человеку, то должны быть готовы отвергнуть общепринятую теорию о боли как об аномальном состоянии, требующем преображения или исчезновения.

Мы должны перестать мыслить стадиями горя, они не должны быть всеобщим мерилом.

Рассказывая другие истории, мы создаем культуру, в которой люди научатся быть свидетелями чужой боли, просто лицезреть непоправимое. Рассказывая другие истории, мы научимся быть лучшими спутниками самим себе и друг другу.

Боль не всегда исчезает — даже в конце истории. Быть мужественным — быть героем — не означает преодолевать боль или превращать ее в дар. Быть мужественным — значит уметь просыпаться каждый день, когда хотелось бы больше не просыпаться. Быть мужественным — значит не изменять своему сердцу, когда оно разорвано на миллион кусков и никогда не станет вновь целым.

Наша культура — культура преодоления.

Случаются плохие события, но мы выходим из кризисной ситуации лучшими, чем были раньше. Именно такие истории мы рассказываем друг другу, и не только на экранах.

Исследователь в области социальных наук Брене Браун утверждает, что мы живем в «позолоченный век неудачи», когда истории выздоровления становятся фетишем благодаря их искупительному финалу, заслоняющему весь мрак и борьбу, которые ему предшествуют.

Наш культурный нарратив гласит, что несчастья помогают нам вырасти над собой и что какой ужасной ни казалась бы ситуация, конечный результат всегда стоит борьбы. Вы достигнете финала, надо лишь верить. Хэппи-энд будет блистательным.

Горевание как способ справиться с приступами отчаяни

В разных культурах существуют способы правильного проживания горя. В нашей традиции это были плакальщицы. Их задачей было повторение определенных ритуальных текстов. Эти слова выводили из оцепенения близких умершего и вынуждали безутешно рыдать. В фольклоре существует целый ряд песен, называемых голосильными, причитальными и завывальными.

Ритуальные формы переживания горя давно в прошлом. Сегодня считается почти неприличным голосить над гробом, долго страдать после утраты. С одной стороны, это помогает «сохранить лицо», быстрее включиться в привычный ритм жизни. А с другой, — может иметь опасные последствия.

Но это неудивительно — ведь мы рассказываем массу историй о том, как пережить боль, и ни одной о том, как жить с такой болью.

Ни одной о том, как быть свидетелем чужой боли. Мы не хотим говорить о печали, которую нельзя утолить. Это запрещено.

На самом деле нам нужны не новые инструменты избавления от горя, а умение жить с болью — со своей болью и болью ближнего.

Все мы несем в себе огромный груз горя; рассказы о нем никто не слушал, потому что нет такой истории, которая помогала бы нам выслушивать чужое горе. Нам нужны новые истории, выражающие правду о боли, о любви, о жизни. О мужестве перед лицом непоправимого. Мы должны помочь друг другу в этом, потому что боль есть. Беды случаются.

Депрессия

Человек, переживающий потерю родственника, становится замкнутым и уходит в себя. Он теряет интерес к собственной жизни и погружается в воспоминания, которые, по истине, являются тяжелыми в данный момент. Теряется интерес к работе, общению с друзьями, наблюдается нарушение сна. Человек хочет оставаться в одиночестве.

Состояние глубокой депрессии может затянуться. И это на самом деле страшно. Ведь мысли в голове одинокого человека могут возникать разные. И вряд ли это планы на веселое будущее. 

Как можно помочь справиться с утратой?

Самостоятельно справиться с горем вряд ли получится. В первые 48 часов после трагедии лучше дать волю своим чувствам. Это время совершенно справедливо считается самым тяжелым. Ведь это похороны, последние минуты, когда тело родного человека рядом, но связи с ним нет никакой.

Первая стадия горевания – шок и отрицание потери*.

*(этапы переживания горя взяты из книги «Человек умер. Что делать и как пережить?», составитель Михаил Хасьминский, руководитель Центра кризисной психологии)

Разум отказывается верить в потерю. Смотришь на фотографию любимого человека и не можешь осознать, что его уже нет на этом свете. Ждешь чуда. Кажется, будто происходящее – ошибка, что сейчас ужасное недоразумение прояснится и станет все по-прежнему. Живешь как во сне. Хочешь проснуться, но спасительного пробуждения не наступает.

Отрицание

Сразу после шока наступает стадия отрицания. Ведь невозможно поверить, что больше этого человека не будет рядом. Как правило первые два этапа краткосрочны. И проходят очень быстро. Нередко случается так, что следующей стадией становится гнев. Он может быть разнонаправленным.

В нашей культуре горе рассматривается почти исключительно с негативной точки зрения.

Оно считается искажением, отклонением от «нормальной», счастливой жизни. Это состояние интерпретируется как расстройство. Мы думаем, что боль утраты — кратковременный острый ответ на трудную ситуацию, а потому его переживание должно занимать максимум несколько недель.

Горе, которое длится дольше, не растворяясь в приятных воспоминаниях и редких меланхолических улыбках, свидетельствует о том, что с вами не всё в порядке: вы не столь устойчивы, опытны или здоровы, как вам казалось.

Вы должны полностью пройти через все пять стадий — или никогда не исцелитесь.

Целью тут является избавление от отрицательных эмоций. Вы обязаны выполнить эту работу быстро и надлежащим образом. Если вы не проходите все нужные этапы, ваше горе не может считаться правильным.

Предлагаем ознакомиться:  Как наладить отношения с девушкой, если она на вас сердится

В поздние годы жизни доктор Кюблер-Росс писала, что сожалеет о том, как сформулировала свою концепцию стадий, потому что большинство людей восприняли ее как линейную и общую для всех. Выделенные ею стадии не должны были объяснять людям, что им надлежит чувствовать и в какой момент.

Бабочки, радуга и культура преображения

Невежество нашей культуры в отношении горя подпитывается из многих источников. Столь многое стоит за этими упрощающими, на первый взгляд безобидными банальностями! Мы уже говорили о восприятии горевания как проблемы, которую надо решать: именно на этой идее основано большинство высказываний окружающих о вашем состоянии.

Патология распределения

Когда дело касается горя, мы все надеваем шоры. Программы подготовки клинических психологов уделяют крайне мало времени этому вопросу, несмотря на то что большинство клиентов приходят в сильно травмированном состоянии. Сегодняшнее обучение основано на давно устаревшей системе стадий горя, которая изначально не задумывалась как рекомендации по «правильному» переживанию утраты. То, чему учат медицинских работников, просачивается и в массы.

До тех пор пока наших медицинских работников не начнут учить относиться к горю с теми уважением и заботой, которых оно заслуживает, людям будет сложно найти психотерапевтов, способных принять их страдание, не патологизируя его.

Так что я еще раз от лица всех представителей моей профессии хочу извиниться за то, что у нас здесь всё так непросто. На самом деле существует много прекрасно обученных психотерапевтов и врачей. Я встретила немало таких специалистов, пока работала над своим горем начиная с самых ранних его стадий.

Быстрый поиск в интернете по словам «горе» или «страдание» выдает сотни тысяч мемов с радугами, позитивными посланиями, фразами в духе «и это пройдет».

Мы признаём, что случаются тяжелые события, но уверены, что при должном усердии и правильном отношении всё снова станет замечательно. В конце концов, наши книги и фильмы о последствиях трагедии обычно живописуют вдовца или скорбящую мать, которые к концу истории чувствуют себя даже лучше, чем раньше.

«застрять» в горе

Меня часто спрашивают, что делать, когда друг или член семьи «застрял» в своем горе. На это я всегда отвечаю: «Что, по-вашему, означало бы „не застрять“? Каковы ваши ожидания?» По мнению большинства людей, «не застрять» означает, что человек возвращается к работе, восстанавливает чувство юмора, посещает мероприятия, не плачет каждый день и способен говорить на другие темы — помимо своей утраты и горя. Он снова кажется счастливым.

Если вы продолжаете страдать, значит, вы что-то делаете не так.

Подобные идеи прочно укоренились в нашей культуре, и сложно даже описать, что чувствует человек, встречающийся с такой «поддержкой». Сейчас я хотела бы сказать, что большинство переживающих сильное горе людей сталкиваются не только с непониманием, но и с полным равнодушием со стороны окружающих. Мы перестаем говорить «мне больно», потому что никто не слушает.

Занятия спортом

Чтобы переживать состояние скорби было не так мучительно, рекомендуется занимать свое время и мысли. Нередко в состоянии печали, стресса человек все чаще открывает дверку холодильника. Следующий этап «заедания стресса» — набор веса.

Занятие спортом поможет не только отвлечься, но и привести себя в порядок.

Слишком долго — это сколько?

Помню, я рассказывала кому-то, что у меня был трудный день, — примерно через пять недель после того, как мой партнер утонул. «А почему, что случилось?» — спросил мой собеседник. «Ну, Мэтт умер», — ответила я. «Ах, да! Это тебя всё еще беспокоит?»

Всё еще беспокоит. Да. Через пять дней, пять недель, пять лет.

Мы думаем, что «счастливый» равно «здоровый».

Как будто счастье — та исходная позиция, та норма, к которой люди возвращаются из любых состояний и при которой мы живем так, как и должны жить.

Одним словом, «вернуться в норму» — это противоположность «застреванию в горе», и обретение нормального (счастливого) состояния должно произойти как можно быстрее.

Пренебрежительные банальности со стороны окружающих могут заставить вас почувствовать, что вы остались одни в своей скорби — и это в тот самый момент, когда вам больше всего необходимо знать, что вас любят.

Ваш личный опыт оказывается напрямую связан со всеобщей неграмотностью нашей культуры в сфере реагирования на чужую скорбь. Если вы осознаете эту неграмотность, тот сложный период, через который вы проходите, может стать немного легче.

Вы не сошли с ума. Безумна наша культура. Проблема не в вас, а в нас.

Семья

Не надо искать одиночества. Как говорится «человеку нужен человек».

Именно общение с близкими, их поддержка станут первой ступенькой помощи и утешения. Простой интерес к жизни своей семьи поможет оставаться «на связи» с ними, отвлечься от мыслей, заполнить пустоту.

Занятия творчеством

Одним из вариантов самолечения является творчество. Доказано, что именно оно помогает пройти нелегкое испытание судьбы и не утонуть в печали. Займитесь тем, до чего раньше не доходили руки. Погрузитесь с головой в новое увлечение. И времени горевать вовсе не останется. А значит, никакая депрессия не страшна.

В горе к богу или от бога?

Безусловно, каждый человек уникален. Каждый по-своему переживает горе, и совсем не обязательно, что оно соответствует описанной структуре пяти стадий.

Но здесь еще важно понять другое. К чему приведет человека пережитое горе? В храм, к Богу? Или отвернет от веры и вызовет обиду на Господа?

Горе регулярно подвергается обесцениванию, осуждению, медикаментозной терапии и преуменьшению со стороны представителей «помогающих» профессий.

Наименее осведомленными людьми, независимо от методов терапии и от намерения помочь, часто оказываются психологи. В итоге многие переживающие потерю близких вынуждены сами излагать своим психотерапевтам, каково это в действительности.

Друзья и коллеги

Стоит постараться не закрываться от друзей и коллег. Зная о вашем горе, они также чувствуют себя неловко. Но не надо закрываться в себя. Надо искать способы отвлечься. Тем более, что работа и друзья — это что-то отстраненное от семьи.

Стадии горя и провал терапии

Как психотерапевту мне часто приходится извиняться за свою профессию. С пугающей частотой я слышу страшные истории от переживающих трагедию людей, которые пошли к психотерапевту за поддержкой, а ушли потрясенные и разгневанные.

Быть мужественным — значит стоять на краю бездны, которая открылась в жизни ближнего, и не отворачиваться от нее, не прикрываться для удобства нравоучениями в духе позитивного мышления.

Быть мужественным — значит дать боли распуститься и занять то пространство, что ей требуется. Быть мужественным — значит рассказывать эту историю.

Это жутко. И это прекрасно.

Именно такие истории нам нужны.

Возрождение

Стадия, когда человек возвращается к жизни. У него снова появляется интерес к работе, общению, друзьям. Мысли об умершем возникают все реже. Человек пытается просто перестроить жизнь.

Благотворительность

Отвлечь свое внимание помогут занятия благотворительностью. Творя добро, видя радость и благодарность в глазах других, можно справиться с горем.

Устойчивость нарратива

Многие люди не воспринимают историй преображения, сами не зная почему. По крайней мере, мы хотя бы начинаем протестовать против них.

Принятие

Следующий этап – принятие. Человек пытается свыкнуться с утратой. Перестает плакать и пытается смириться с душевной болью.

Комментировать
0
Комментариев нет, будьте первым кто его оставит

Это интересно
Adblock detector